Одесский информационный фотоальбом
Одесса в фотографиях
Прогулки по Одессе
Экскурсии по Одессе
Фотокаталог квартир
Дом ангела, одесса детям, страница милосердия, Одесса, Веселый Маклер, VeseliyMakler

Ресурсы ТЛ "ВМ"

  • Одесский обозреватель
  • Журнал "ВМ"
  • Магия Кино
  • Блокнот Маклера
  • Библиотека одесской литературы
  • Форум ВМ
  • Photo of Odessa


  • ГЛАВНАЯ
    Прогулки по Городу
    Фотоальбом Одессы
    ФОРУМ
    РЕКЛАМА
    БИБЛИОТЕКА
    *Доска объявлений
    *Карта Одессы
    *Квартиры посуточно
    *Долгосрочная аренда
    *Летние коттеджи
    *Одесские миниатюры
    *Видео об Одессе
    *Современная Одесса
    *Одесса культурная
    *История Одессы
    *Одесса деловая
    *Морские прогулки
    *Подводные прогулки
    *Экскурсии по Одессе
    *Аэростатинг
    *Велотуризм в Одессе

    А еще у нас:

    *Замечательные места
    *Дельфинарий
    *Галереи
    *Театры
    *Музеи
    *Парки
    *Пляжи
    *Зоопарк
    *Рестораны
    *Ночные клубы
    *Концертные площадки

    Реклама на сайте



    Интересное в сети

    Елена Каракина

    Театральный и театр


       Убедившись лишний раз в том, что жизнь хоть и коротка, зато искусство - вечно, подойдем к углу Екатерининской и Театрального переулка. Имя переулка говорит само за себя и появилось в результате прямого соседства с городским театром. Похоже, не только соседства, но и прямого родства. Здесь, как нигде, ощущаешь присутствие муз, неуловимое, но настойчивое. Как запах тонких духов, долго волнющий атмосферу после того, как таинственная незнакомка скрылась вдали.
       На углу Театрального и Екатерининской разворачивается часть действия пьесы Льва Славина "Интервенция". Еще недавно подоконником в одном из окон первого этажа по Екатерининской 13 служила мраморная доска с золотой надписью "Аптека Розенцвейга". Увы, мрамор не пережил последней смены хозяев дома. О доске остались лишь воспоминания. А судя по топографии пьесы, именному этому аптекарю принадлежала сакраментальная фраза, которую в сердцах могли бы повторить многие одесситы: "О, Господи! Почему я не умер в 1916 году?"
       А в 1984 году, на этом же углу, пьеса "Интервенция" была сыграна в Одессе в последний раз, во всяком случае на сегодняшний день. Произошло это, конечно, не на улице, а крохотном театральном зале, в подвале дома тяжелого немецкого модерна, часть которого тогда принадлежала Клубу работников торговли. В этом же здании в самом начале 1920-х помещался другой театр, носивший название "КРОТ" (Кружок оригинального театра). Он остался в истории тем, что в нем начинала будущая знаменитость советского кино - Рина Зеленая. Для "КРОТА" Верой Инбер были написаны пьесы "Шахматы", "Карты" а также "Ад в раю". Музыкальное оформление спектаклей игрой на скрипке осуществлял свосем юный, как принято говорить "еще в коротеньких штанишках", Додик Ойстрах, впоследствии - великий Давид Ойстрах, звезда первой величины среди скрипачей XX столетия.
       Если собрать воедино звуки музыки, извлеченные пальцами великих музыкантов, связанных с Театральным переулком, могла бы получиться прелюбопытная мелодия. Здесь жил (а значит и играл на фортепьяно) Эмиль Гилельс. Об этом свидетельствует мемориальная доска на доме N 4. Но к этому дому мы не станем подходить - полюбуемся издалека. И к дому, где жил писатель Юрий Олеша - тоже. Идя по переулку, мы лишь минуем интернет-кафе, вход в которое обозначен сварной скульптурой металлической крысы. Ее недавнее появление, как и оригинальность дарований молодых скульпторов (А. Бойко и К*) радостно приветствовали горожане. Резонно предположив: "Раз крысы не бегут из Одессы, значит она еще на плаву".
       А мы пройдем к зданию, стоящему напротив служебного входа в театр. Его легко отыскать сразу. По двум мемориальным доскам по обе стороны ворот. Одна из них сообщает о пребывании в этом здании Петра Ильича Чайковского, а другая - Антона Павловича Чехова. Казалось бы, многовато памятных знаков на один дом. На самом же деле - маловато. Потому что в этом здании перебывали многие знаменитости. Что их сюда притягивало? Секрет прост. Здесь была гостиница, носившая название "Северная". (Очевидно знойное южное лето заставляло одесситов несколько злоупотреблять этим прохладительным названием. Пушкин, как мы помним тоже жил в гостинице "Северной", но на Итальянской улице). Впрочем, здесь была не только гостиница. Еще лет тридцать назад здесь размещался ТЮЗ - театр юного зрителя. А гостиница была раньше, много раньше. О ней пишет Исаак Бабель в "Ди Грассо" и в "Листках об Одессе".
       О ней вспоминают современники еврейских писаталей на идиш - Менеделе Мойхер Сфорима и Шолом Алейхема. С ней связана шутка журналиста Моше Лейб Лилиенблюма, потешавшая Одессу не меньше года и прошедшая сквозь столетия.
       Дело обстояло так: Шолом Алейхем давал в гостинице "Северная" обед в честь Менделе Мойхер Сфорима. Это был своего рода утешительный банкет - Менделе был утомлен и огорчен упреками в адрес литературы на идиш. А Шолом Алейхем, естественно, считал своим долгом поддержать того, кого он ласково называл "дедушкой еврейской литературы". На банкете присутствовали, само собой разумеется, только друзья и единомышленники. А так как поводов для бесед у них было предостаточно, они засиделись за столом до самого рассвета.
       Первым покинул компанию Лилиенблюм - ему пора было на службу. Журналистские гонорары, которые он получал (если получал вообще), не могли обеспечить его существования. И он как, сказано в изестном анекдоте, "днем был царем, а по вечерам немножечко шил". Верней, вечера и ночи были отданы любимому делу, а днем ему приходилось работать на еврейском кладбище. И когда лучи восходящего солнца проникли в зал, где сидели собеседники, Лилиенблюм встал и произнес фразу: "Настал день. Мне пора хоронить евреев". Участники банкета оценили эти слова по достоинству - иначе каким образом они стали бы достоянием сегодняшнего дня? Мемориальных досок, посвященных Шолому, Менделю и, тем более, Лилиенблюму на здании нет. А может - и не надо? Камень крошится, а память живет.
       Как крошится камень легко увидеть поднявшись по лестнице из Театрального переулка в Пале-Рояль. Здесь идет строительство. Здесь снесли один из арочных входов в скверик. Правда, утверждают, что все восстановят один к одному. Посмотрим. Может и восстановят. Пале-Рояль, все-таки. Стоит предупредить, что ничего общего с дворцовым ансамблем в Париже, он не имеет. Кроме названия, конечно. И сознания своего королевского (Royal) достоинства. Потому что, в конечном счете Пале-Рояль - двор при самом великолепном театральном здании мира. С фонтаном и садом. "В мирное время", то есть до победы Великой Октябрьской социалистической революции, здесь были кафе и ресторан. Ресторан гостиницы "Пале Рояль", а кафе - Печеского. Говорят, там подавали лучшее в мире мороженое. Во всяком случае Антон Павлович Чехов, которому от "Северной" до кафе Печеского было рукой подать, писал в письме из Одессы: "половину состояния я проел на мороженом".
       Мороженого в Пале-Рояле давным-давно не подают, тем не менее, скверик со старыми платанами, окруженный зданиями совсем неплохой архитектуры, был местом притяжения тех, кто искал тишины и уединения в не слишком тихом центре города. Здесь было слышно воркование голубей, ломалась над фонтаном водяная тарелка, бронзовая девушка (новодел 1970-х, но сделанный с любовью) заслонялась рукой от воды и стояла мраморная парочка, юноша и девушка, застывшие в вечном поцелуе. Существует надежда, что ремонтные работы, проводимые ныне, все же окажутся гуманней событий октября 1917 года и позволят уцелеть этому королевскому уголку Одессы. И мраморная статуэтка (копия "Поцелуя" Кановы) и бронзовая девушка на скале фонтана будут радовать глаз посетителей театра и просто прогуливающихся горожан и туристов, а не падут очередными жертвами чьих-то подковерных интересов и коровьего отношения к городской архитектуре.
       Как не падет и Оперный театр, ремонт которого длится дольше, много дольше, нежели шло его сторительство. Вот мы и дошли до здания N 1 Одессы. До Оперного театра. Которое очаровывает, с какой точки на него не взгляни. Купол театра виден, когда мы подъезжаем к Одессе с моря. Мы заметили воздушную громаду театра (не могли не заметить), когда шли по Пушкинской на бульвар. Мы видели его с Екатерининской. Он манил обещанием чудес. И вот мы здесь. У фасада, у центрального входа. И видим, предчувствие чудесного нас не обмануло, обещание сбылось. Огромное архитектурное сооружение как бы парит над землей и кажется волшебным дворцом из сказки про спящую красавицу.
       Здание было выстроено на месте первого одесского театра, возвысившего над площадью свои колонны по воле герцога Ришелье. Оно простояло с 1809 по 1873 год. В ночь на 2-е января 1873 года случилось несчастье - театр сгорел. Загорелось помещение для наружных театральных часов, огонь распространился по чердаку и запылал зрительный зал. "Картина вырвавшегося наружу и бушевавшего на свободе пламени была поистине грандиозной. Колонны катились по площади, как бы в погоне за публикой, пришедшей посмотреть на пожар" - писал автор "Старой Одессы" А. М. Дерибас. От старого театра остался только пепел.
       Городскими властями был объявлен конкурс на проект нового театра. Таковых было представлено не больше, не меньше - 43. Лучшим был признан проект венских архитекторов - Ф. Фельнера и Г. Гельмера - авторов многочисленных театральных зданий Европы. Началось строительство нового театра в 1884г., через девять лет после пожара. А выстроили его в три года! В 1887 году таетр предстал перед городом и миром во всей своей красе. В работе над будущим архитектурным шедевром принимали участие А. Бернардацци, Ф. Гонсиоровский, Ю. Дмитренко. Это были самые лучшие, самые известные зодчие Одессы. Бернардацци был, к тому же, главным архитектором города. Но не только они, прославленные, вкладывали свой талант в строительство - простые каменщики замешивая раствор и кладя кирпичи, распевали арии из итальянских опер. Звуки бессмертной музыки тоже становились строительным материалом. Может быть поэтому при открытии театра 1 (13) октября 1887 года Ф. Фельнер воскликнул: "Это лучший театр в мире!"
       Может у кого-нибудь возникнет желание поспорить с этим определением. Может быть кого-то и раздражает нестрогая, слишком воздушная, даже легкомысленная пышность здания. Но театр строился не для пуритан - для счастья, для веселья душевного, для торжества радости. Ему были отданы все изобретения архитектурной мысли, все чудеса зодческого искусства, присущие барокко, итальянскому Возрождению, классике и рококко. Колонны всевозможных ордеров - ионического, коринфского и тосканского, арки, аркады, галереи, "путти" - амуры, в разных позах на балюстраде, скульптурные группы, изображающие сюжеты из античной мифологии и античной же драматургии, - ах, да только на перечисление всех деталей театра, поющей легкости его ярусов может уйти целая книга. Роспись потолка в зале - иллюстрация к собранию сочинений Шекспира, а обилие белоснежного мрамора, винного бархата, сияющего хрусталя, сверкающих зеркал, искристой позолоты - иллюстрация к тому, как удачно иногда бывает сочетание искусства и богатства, мастерства зодчих, скульпторов, ремесленников и финансистов.
       Бюсты Пушкина, Гоголя, Грибоедова и Глинки по двум сторонам полукруглой части здания олицетворяют то, во имя чего строился театр - поэзию, драму, комедию и музыку. Название - Оперный появилось уже в XX веке, а вначале театр именовался Городским. И на его подмостках конечно же выступали великие оперные певцы, труппы императорских и королевских театров. Но драма и комедия тоже были частыми гостьями его сцены. Имена выдающихся актеров и драматургов не сходили с афиш. Но и никому не известным, начинающим тоже не заказан был путь на сцену городской цитадели муз. И они выходили на поклоны под аплодисмент сочувствующей публики. С Владимиром Жаботинским это случилось дважды: здесь были поставлены его пьесы "Кровь" и "Ладно". Как утверждает сам автор, особого успеха они ему не принесли. Чего нельзя сказать о публицистических статьях. Как раз рядом с городским театром началась журналистская деятельность будущего трибуна сионизма. В здании по Ланжероновской, которое чуть наплывает на боковое крыло театра. Здесь находилась редакция газеты "Одесский листок". Сюда Жаботинский принес свои первые журналистские опыты, которые были опубликованы.




    SITE PARTNERS: Porsche магнитола штатная купить